Календарь недели

Популярные тексты февраля

АРХИВ НОВОСТЕЙ

Блоги

АРХИВ БЛОГОВ

Поиск по сайту:

Рубрики

Опрос

Будете ли вы следить за выступлением «Авангарда» в Кубке Надежды?

  • Нет (55%, 88 голос(ов))
  • Да (45%, 71 голос(ов))

Всего проголосовало: 159

Загрузка ... Загрузка ...

Архивы

Апрель 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Мар    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Конференции

"ОМСКИЙ СПОРТ" НА СВЯЗИ

Отвечаем на вопросы, касающиеся работы сайта.

Партнеры

новости бокса, бокс россия, бокс чемпион, алексей тищенко, чемпион мира

Счетчики

Яндекс.Метрика

Андрей Иванов: «34 часа на автобусе ехали в Лениногорск. Это была жесть!»

Фото: hawk.ruАвтобусные путешествия, шутки от Крикунова, психолог Сумманен и умные книги – форвард Андрей Иванов дал большое интервью официальному блогу «Авангарда» на Sports.ru.

«Спартак» из Питера, Сушинский, Крикунов, 34 часа на автобусе

– Мой путь – такой же, как у всех: воспитывался в своем родном городе – Санкт-Петербурге, доиграл до второй команды, попал туда и потом только начали подключать под первую. По-разному складывалось, были всякие времена. Когда удачно все было – играл за главную команду СКА, но стабильного места в составе не было. Когда появился шанс уехать из Питера в «Гомель», подумал, что это все-таки шаг вперед – надо было сменить обстановку и ловить какие-то шансы. В СКА я больше не хотел оставаться. Не то, что не верил в свои силы – руководство, стоящее у руля главной команды, вряд ли возлагало надежды на питерских ребят. Может, и наша вина была, что мы не доказали тренерам, что играем лучше приезжих. Сложилось как сложилось. Уехал в «Гомель» и неплохо отыграл, я считаю: забил больше всех и потихонечку, шаг за шагом стал завоевывать место в основе, а потом стал, надеюсь, лидером в команде. А затем «Нефтехимик» и приглашение из Омска поступило – конечно, большой шаг вперед. Два неоднозначных сезона выдались, но завоевали второе место в прошлом году, бились. Для меня это большое достижение.

- Максим Сушинский рассказывал, что таксовал – так мало платили.
– В мое время уже лучше было. А Макс приходил даже к нам потренироваться. Я даже помню, что упражнения делал с ним, два в один выходили! Верх удачи – с таким мастером поработать. Слышал, что он уходил из Питера потому, что не хватало денег прокормить семью. Человек приехал и стал лидером, одним из лучших игроков чемпионата. Совершенно правильно поступил: в одном месте тебя не ценят, но ты чувствуешь в себе силы – то почему бы и не попробовать себя в другом месте, добиться чего-то большего? Он так сделал, поступил смело и сделал шаг вперед, несмотря на то, что уехал из дома. И это себя оправдало.

А что касается меня, то когда я пришел в СКА, там уже появилось финансирование. На тот момент я не имел большой зарплаты по очень простой причине – не показывал соответствующей игры, не забивал много. Было б больше голов – может и остался бы, отыграл всю карьеру. Но все случилось как случилось.

- Был еще один клуб из Санкт-Петербурга…
– Да, «Спартак». Там очень много местных ребят играло, своих воспитанников – в основном они и были в составе. Туда отправляли тех, кто не пробивался в главную команду. Можно смело сказать – до «погибели» держали ребят. Кто не решился уехать – остались на том же уровне, никакого шага вперед в своей карьере не делал, у многих она и завершилась.

- На автобусах много покатались?
– Конечно, много. Наш рекорд – 32 или 34 часа на автобусе в Лениногорск, это было зимой. Это была жесть, по-другому не скажешь. Хотя автобус был нормальный – когда я год уже отыграл в «Спартаке», приобрели приличный. Хотя он был не новый, но «Вольво», очень комфортабельный. Мы брали с собой матрасы и ложились, кто на полу, кто поверх сидений. Сами понимаете, полтора суток не высидишь. Спали там, ели, фильмы смотрели.

- И что, 34 часа без разминки?
– Мы как подгадывали: приезжали вечером, у нас игра на следующий день. Как раз и разминались, разгоняли кровь, а на следующий день раскатка, игра. Играли как-то, даже выигрывали. Немного, правда, но были и хорошие матчи, хорошие серии.

- Хорошо, что обошлось без Хабаровска.
– Конечно! Иначе вообще была бы жесть. Но на самом деле больше пугало не расстояние, а уровень наших дорог. Едешь, особенно зимой, на задних сиденьях и чувствуешь, как «болтает». Просыпаешься ночью, а автобус ходит ходуном. Не самые приятные ощущения, но что поделаешь – работа. В Нижнекамске наш автобус перевозил вещи из Уфы в Казань и попал в аварию. Нас не было, мы на самолете полетели, так что все целы остались, транспорт только пострадал.

- Как оказались в «Гомеле»?
– «Спартак» как раз играл в Гомеле, мы заняли второе или третье место, но наша тройка выступила отлично – стали лучшими бомбардирами на турнире, и тренеры «Гомеля» нас заметили. Я не был против, но все зависело от руководства питерской команды. И в середине сезона действительно договорились, и я уехал в Белоруссию. Сперва только меня взяли, а потом еще и Александр Иванов тоже из «Спартака» пришел. Играли хорошо – в конце сезона было много предложений, хотели забрать нашу связку. Но Саня в итоге уехал в Америку, разошлись наши дороги.

- А «Нефтехимик» когда заметил?
– Там есть такая практика, они набирают игроков после удачных сезонов в Высшей лиге, они проходят просмотр. Я так и попал – тренировались месяца полтора в межсезонье, был турнир в Уфе. Мы там хорошее место заняли, я неплохо сыграл: 2 шайбы забил, еще забрасывал в двусторонках. Перед сезоном был матч против «Лады», мы победили 2:1, а я забил в первой же смене. После этого у них появились основания заключить со мной контракт и пригласить в основную команду. Владимир Васильевич Крикунов дает возможность играть всем четырем звеньям. Понятно, что первые две тройки играют больше, но если у них не идет, а у третьего и четвертого – порядок, то он ставит тех, кто лучше. Пока ты забиваешь – будешь играть столько, сколько сможешь, сколько «физика» позволяет. Физическое состояние и доверие – вот причины улучшения результата. Когда тренер дает шанс и верит, видит, что ты можешь – это окрыляет. Сразу много начал забивать.

- А в быту он какой?
– Настоящий русский мужик. Всегда можно поговорить, если он виноват и понимает это сам, то без проблем подходил, извинялся, мог принять другую точку зрения. Такое нечасто происходило, конечно, жизненный опыт у человека богатый, но всякое было. Например, всегда можно было подойти и рассказать, что у тебя в жизни происходит, и почему ты чего-то просишь: отпустить с тренировки или побыть дома. Или наоборот потренироваться лишний раз – почему нет? Отвлечься помогает. Да и пошутить человек любит, подколоть. Без обид всяких – шутка для коллектива, семейная такая.

Когда был просмотр игр, кто-то неудачно упал, со стороны смешно смотреть было. Крикунов говорил, мол, кататься не научился, а уже в хоккей играть пришел. Так и разряжал обстановку, понятно ведь, что это не со зла.

Но часто бывало такое в карьере, когда тренер подходит, говорит, что ты молодец, а сам недоволен твоей игрой. Вроде и поддержать пытается, а ты стараешься искать свои ошибки, но раз тренер говорит, что неплохо сыграл… А на следующий матч раз – и ты не в составе. И начинаешь опять возвращаться назад, к той игре игре, искать какие-то моменты. И уже не тренер тебе подсказывает, а ты сам начинаешь «копать»: может тут, а может и не тут – тренер ведь тебе не объяснил. У Крикунова же такого не было – если плохо играешь, он так и скажет, что ты плохо играешь. Не будет слова подбирать, чтобы психику не разрушить. Хоккеисты – взрослые мужчины, мы не за фантики играем, он прямо скажет, что ты виноват, ты не будешь играть. Или будешь, но роль в команде изменится, последний шанс дает, чтобы исправить ситуацию. И ты настраиваешься, показываешь свой максимум.

Да, тяжелые нагрузки, этого не отнять. Сколько бы мы не ругались «за глаза» на него, но в конце сезона приходит результат, все благодарят. Мы же все объединяемся на фоне этих нагрузок, делаем одно дело, все через «не могу» работают. И в конце сезона мы выдавали победы за счет хорошей формы и сплоченности коллектива, что от нас и требовалось.

Омск, Сумманен, Чада

- «Авангард» вас заметил после того, как вы обыграли Омск 3-0 в плей-офф?
– Конечно, руководство тебя замечает, если ты добросовестно делаешь свою работу, являешься лидером команды-соперника. Состоялся разговор с руководителями «Авангарда», и, конечно, там были слова про «Нефтехимик» – мол, добился своей игрой. Так что да, это решающий фактор.

- Чада – очень специфичный тренер?
– На самом деле, да. У него свое понимание хоккея, и он верит в то, что его система – единственно правильная, только по ней можно достичь результата. И без этой веры никак нельзя работать тренером – ты веришь в то, что считаешь правильным. У него своя модель поведения, которой он следует. Когда его поставили главным тренером «Авангарда», он начал проповедовать свой стиль хоккея, в котором все должны четко действовать по установке, и без разницы, можешь ты себе это позволить или нет. Ты должен придерживаться игровой тактики и плана на игру. Чтобы играть и получать игровое время, ребята должны были выполнять эту установку.

На тот момент, когда мы играли, серия была выигрышная, команда шла на первом месте, потом появился какой-то спад, так бывает в любой команде. Руководство команды решило, что та модель, которую проповедует Чада, не устраивает ни их, ни зрителей, поэтому и поменяли Чаду.

– Он точно не был самым эмоциональным тренером мира.
– Я ни разу не видел, как этот человек улыбается. Ребята очень напрягались по этому поводу – постоянно хмурое лицо. Он заставлял всех все делать по команде. К примеру, в выходной день мы должны были прийти в зал в определенное время, минута в минуту, сесть за велосипеды и крутить педали двадцать минут. Нельзя разговаривать между собой, пока крутишь. Как открутили – тренировка закончилась, пожалуйста, делайте, что хотите. Вот эти рамки вне игры, в раздевалке, на стадионе, на мой взгляд, были жесткими. Очень тяжело работать с ним в эмоциональном плане. Поэтому когда он ушел, картина сразу поменялась – ребята стали радоваться, приходя на стадион, разговаривать между собой, улыбаться, появился смех в раздевалке.

– После игры против «Слована» Чады на пресс-конференции было интересно…
– А я видел! Мы с ребятами ужинали семьями, когда мне Антон Курьянов прислал пару видео, где он говорит обо мне. Как-то перед игрой журналисты начали задавать мне вопросы о Чаде, и я сказал пару слов о том, что это мой не самый любимый тренер и я не буду сильно расстраиваться. Сейчас я жалею о сказанном, на самом деле каждый тренер в моей жизни передал мне какие-либо плюсы. Так и Чада дал какие-то уроки в жизни, благодаря которым сейчас я не наступаю на те же грабли, не допускаю тех же ошибок, которые допускал раньше. Но тогда, на пресс-конференции, все так и вылилось – накаляющая атмосфера и вопросы по поводу того, как Чада оценивает игру Иванова. Конечно, было видно, что он слукавил. По версии Чады, хоккеист Иванов только подраться хотел на последней минуте, а два голевых паса на пустые ворота он не заметил.

Когда только началась моя основная профессиональная карьера во второй команде, я услышал слова, что лучше найти причину и что-то изменить в себе, а лишь потом уже грешить на тренера. Чада мне давал время играть во втором и третьем звене, я просто не забивал, у меня не было уверенности в себе в тот момент. Это, несомненно, сказалось, поэтому я и оказался в четвертом звене. Забивать начал в тот момент, когда тренера увольняли. С Курьяновым и Орловым в четвертом звене мы получали максимум семь минут, и для нас это было праздником, а две минуты в третьем периоде – счастьем. Тем не менее, умудрялись забивать шайбы, причем решающие, набирать очки. Так что, может, если бы он остался, мы, продолжая в том же духе, вышли на уровень второго или третьего звена. Поэтому он тоже прав в чем-то.

- Возвращаясь к пресс-конференции, реакция Матикайнена порадовала?
– Очень порадовала. Петри говорил, что мы одна команда, что он за нас горой. Это было доказательством того, что его слова не расходятся с делом. После домашней серии, я выразил ему слова благодарности, за его поступок. Матикайнен стоит за нас, в свою очередь мы будем стоять за него.

- Трудно вспомнить, чтобы он критиковал кого-нибудь…
– Он сразу сказал, что никогда не будет критиковать нас на пресс-конференциях. Вызовет нас на следующий день с холодной головой, объяснит ошибки, если будем повторять, то на какое-то время уберет из состава. Когда поймем ошибки и будем исправлять, играть по-другому, так как правильно, вопросов не будет. А говорить на пресс-конференции, что из-за этого человека мы проиграли игру – зачем это? Смысл?

- Некоторые русские тренеры так поступают.
– У них своя спецшкола, тем самым они пытаются завести людей. В советском хоккее все построено на выживании, выживает самый сильный в коллективе. Из таких людей и собирали команды, эти люди добились всего. Лучшие из лучших, сильнейшие из сильнейших.

- А что на счет профессиональных моментов, их обсуждают внутри команды или на публике?
– Лучше всего это обсудить с глазу на глаз с человеком или хотя бы в коллективе единомышленников, которые понимают, зачем они здесь собрались и какие цели перед собой поставили. Даже если ты чем-то недоволен, считаешь, что тренер не прав, ты можешь пообщаться с ребятами, которые со стороны выскажут свою точку зрения, которая, быть может, не всегда совпадает с твоей, но, тем не менее, тебе прямо скажут, если ты ошибаешься. А если выносить сор… Потом очень сложно собраться, настроиться именно психологически, потому как тренер дал понять, что на данный момент из-за тебя проиграли игру. Неприятно будет, все бились, а не получилось только у тебя одного. Не считаю это правильным.

Сотня интервью, три контракта одновременно, кандидатская

- За тем, что около хоккея, следите?
– Да, мы обращаем на это внимание. Когда мы приезжаем на матчи на автобусе, видим перед «Ареной» игры болельщиков в хоккей между собой. Выходим на разминку – а там уже сидит немало зрителей, фотографируют, поддерживают с того момента, когда игра еще даже не началась. Это, конечно, очень приятно, большой плюс в структуру клуба. Мы же играем для болельщиков, должно быть уютно и комфортно на стадионе, все для них.

- Некоторые хоккеисты не сильно жалуют СМИ.
– Каждый поступает, так как считает нужным. Это их жизнь, выбор. После проигранного матча, когда действительно нет сил, настроения общаться, со стороны журналистов звучат банальные вопросы о том, почему уступили. У каждого складывается свое мнение. Вы видите свой отчет об игре, видите статистику: сколько кто сыграл, сколько бросков сделал, у кого что получилось. На основании этого уже можно создать представление о матче и разобрать данную игру, буквально через 5 минут, после ее окончания. Не считаю нужным отвечать на такие вопросы, это просто не интересно. Насколько интересен вопрос настолько будет и интересен ответ.

- Самый глупый вопрос?
– «Что не хватило для победы в серии с «Трактором»?». Я сказал: «Голов». Какой вопрос такой и ответ. Играя всю жизнь, я пойму, что хочет меня спросить журналист, даже если он сам не может подобрать слов, основную идею я пойму. Если это будет интересно, я попытаюсь донести до него, то, что у меня в голове и в сердце, и рассказать.

- А сколько за два сезона в «Авангарде» ты дал интервью?
– Тут поначалу, когда узнают новых игроков, постоянно задают вопросы о личной жизни, как приехал, как складывалась хоккейная карьера. Отвечая на эти вопросы, ты понимаешь, что клуб идет на ведущих позициях в КХЛ и большая армия болельщиков – огромная, если не самая крупная в России – интересуется тобой, они хотят иметь представление о том, что за человек, прежде всего, играет за их любимый клуб. Сотен интервью не было, может быть, к сотне сейчас подбираюсь.

- Как следите за другими хоккейными новостями?
– Читаю в интернете. Там сайты первыми стараются опубликовать информацию о каких-то переходах, скандалах, недоговоренностях между командами и хоккеистами. Я принимаю к сведению, но серьезно к этому не отношусь. Потому что, когда два года назад я уже подписал контракт в Омске, во многих интернет-изданиях была ложная информация о том, что я уже перешел и в «Динамо», и еще в одним клубом, но правду – что я буду в «Авангарде» – никто не опубликовал. Мне звонили, поздравляли то с одним, то с другим переходом. Правду знали только жена и я, больше никто не знал, и никакие интернет-издания об этом не рассказали.

- Какого чувствовать себя игроком трех команд?
– Я был на вершине (смеется). Если бы не были подписаны определенные соглашения, договоренности, тогда да, чувствовал бы себя игроком сразу трех команд. Переговоры велись с теми клубами, о которых было написано, но они были безрезультатны. Поэтому я не очень серьезно отношусь к интернет-изданиям.

- А какие-либо материалы, тексты?
– Читаю некоторые интервью специалистов, игроков. Всегда нахожу для себя что-то новое, интересное. Люди рассказывают, а ты берешь себе что-то на заметку – в жизни все пригодится. А так, если есть свободное время, лучше почитать книжки.

- Какие?
– В последнее время, увлекся книгой о Второй мировой войне и основных исторических сражениях, о том, как судьбоносные события влияли на ход войны. Перед этим читал «Как полетела Великобритания».

- Про Черчилля не читали?
– Еще нет, хочу найти его автобиографию. На самом деле много ребят читают, особенно в свободное время, которое появляется в поездках. Расширяют свой кругозор, словарный запас, мне кажется, что это правильно. Радуюсь, когда дочитываю очередную книгу и потом из этой книги какое-нибудь словечко вставляю в общении с журналистами и ребятами. Кстати, собираюсь защищать кандидатскую по экономике летом. Работа строится на основе руководителя спортивной организации, позже собираюсь работать в каком-нибудь хоккейном клубе руководителем.

- Не тренером, а именно руководителем?
– Чтобы стать руководителем, все равно придется пройти через тренерство. Не обязательно, чтобы команда КХЛ, не главным тренером, но для опыта потренирую детей. Наберусь каких-то новых впечатлений, а там дальше уже буду смотреть. Честно говоря, работа тренера очень сложна, потому что когда ребята играют, выкладываются, они могут что-то изменить, а ты, руководитель этого процесса, не можешь выбежать и что-то сделать. Это очень тяжело, у людей в этой профессии психика должна быть на порядок выше. Нервы, которые постоянно нужно сдерживать, – это трудно, особенно для меня.

- В серии плей-офф с «Сибирью» был один такой забавный момент, когда твоя клюшка находилась под вратарем, и он полминуты не мог разобраться, что она там делает.
– На самом деле, я не специально врезался, защитник меня толкнул, и так получилось, что я упал на вратаря. Судья не давал удаления, и я начал поднимать клюшку, но голкипер до последнего не хотел мне ее отдавать. Тогда я пошел на прямые действия, схватил клюшку с двух сторон и стал поднимать ее со льда. Изначально хотел спокойно взять клюшку, но в тот самый момент подумал: «Если он не хочет уступать, то почему это должен делать я?». Много зрителей, телезрителей спрашивали, почему все так произошло – это были мои эмоции, как мне кажется.

официальный блог ХК "Авангард" на Sports.ru

 

Добавить комментарий

Только зарегистрированные пользователи могу оставлять комментарии. Регистрация.